"Уже шестой десяток лет военные историки, маршалы и рядовые, ученые и родственники погибших, исследователи и краеведы спорят в поисках истины о том, так что же все-таки произошло зимой-весной 1942 года под Вязьмой в полосе действий 33-й армии Западного фронта?

Привожу в хронологии некоторые документы, относящиеся к тому периоду. Подлинники их хранятся в Центральном архиве Министерства обороны /фонд 208/. Некоторые замутненные воды они просветляют...

ШИФРОТЕЛЕГРАММА от 30 января 1942 года

"Начальнику штаба Западного фронта.
1. Обещанное Вами пополнение для 33-й армии до сего времени не прибыло.
2. Пополнение крайне необходимо.
3. Когда же 33-я армия получит пополнение? Прошу сообщить. Армия в боях с 18.12.1941 г. беспрерывно.

Ефремов, Шляхтин', Кондратьев"".

' М.Д.Шляхтин - член военного совета армии, бригадный комиссар.
" А.К.Кондратьев - начальник штаба армии, генерал-майор.

В тот же день из штаба фронта в Износки М.Г.Ефремову
/командарм в это время занят организацией обеспечения флангов для предотвращения возможного окружения дивизий, ушедших вперед и оторвавшихся от основных частей и тылов/.

" Кто у Вас управляет дивизиями первого эшелона ? "

ОТВЕТ КОМАНДАРМА-33
"Дивизиями первого эшелона управляет военный совет армии. Выезд мой и опергруппы в район действий первого эшелона 29.1.1942 г. временно отложен в связи с обстановкой в районе Износки.

Ефремов, Шляхтин, Кондратьев".
И - НЕМЕДЛЕННЫЙ ПРИКАЗ
"Тов. Ефремову. 30.1.1942г.
Ваша задача под Вязьмой, а не в районе Износки. Оставьте Кондратьева в Износках. Самому выехать сейчас же вперед. Жуков".

КОМАНДАРМ-33 ИЗ-ПОД ВЯЗЬМЫ - В ШТАБ ЗАПАДНОГО ФРОНТА.
" Тов. Жукову, Хохлову.
10.03.1942г.
Находясь под Вязьмой по Вашему приказу, я тыл никак не мог прикрыть, что Вы прекрасно понимаете; состав дивизий Вам был до выхода под Вязьму известен, известна и растяжка коммуникаций 33-й армии.
Поймите, мы каждые сутки ведем бой, вот уже полтора месяца почти без припасов и уничтожили несколько тысяч немцев. Сами имеем три тысячи раненых. Воюем.... Спешите дать боеприпасы, нет у нас боеприпасов. Ефремов".
"Тов. Жукову, Хохлову.
25.03.1942 г.
1 Если бы Вами был дан нашей группе в ближайшие дни десант вооруженного пополнения, мы, безусловно, не только очистим коммуникации, но могли бы в первых числах апреля уже наступать на Вязьму.
2. Вся обстановка: наша, 43-я армии, Белова, Жабо, ВДК изменится. Будем бить врага, здорово бить!
3. В настоящее время группа обессилена, увеличивается смертность и заболеваемость от истощения людей.
4. Нам нужно усилить себя, пока еще не поздно.
5. Появление у врага танков, без наличия их у нас, дезорганизует нашу оборону, несмотря на храбрость наших людей. Танки противника прорывают нашу оборону с пехотой при большом количестве у них огневых средств.
6. Прошу пополнения группы десантом как можно скорее.
7. У войск уже промокают валенки. Нужна кожаная обувь.

Ефремов, Владимиров*, Самоснов."

Доклады Ефремова из-под Вязьмы в штаб Западного фронта похожи на мольбы о немедленной помощи. Но, видимо, и сам командующий 33-й армией понимал, что возможности резервов фронта более чем ограничены.
' Владимиров Александр Федорович - полковой комиссар, заместитель начальника политотдела армии. Погиб вместе с М.Г.Ефремовым.

ИЗ ШТАБА ЗАПАДНОГО ФРОНТА

"Ефремову, Белову, Жабо.
Копия Товарщу Сталину.

... 2. По приказу Ставки фронтом принимаются решительные меры к очищению от противника тыловых путей группы Ефремова, Белова и 4 вдк. Действия начнутся 25.3.

3. До соединения 43-й армии с группой Ефремова и 50-й армии с Беловым Ефремову необходимо организовать оборонительные действия так, чтобы ни в коем случае не допустить сдачи занимаемой территории и не допустить сужения района действия группы. Для ускорения очистки тылов /от противника/ т. Ефремову выделить часть сил группы в помощь 160 сд, которой постам вить задачу захватить Абрамово и наступать в направлении Долженки, навстречу 43-й армии. Наступление начать с утра 253.
4. Тов. Белову за счет отряда Жабо и выделения од-ного кавполка, усиленного артиллерией и минометами сформировать отряд под командованием заместителя командира 2 гв. кд для оказания помощи Ефремову, К исходу 24.3. отряд сосредоточить в районе западнее Знаменка, оттуда в зависимости обстановки нанести удар в общем направлении на Сизово, где соединиться с Ефремовым.
5. Ефремову иметь в виду, что в течение 24-27.3. авиация фронта будет наносить удар по противнику в пунктах Борисенки, Родня, Беляево, Щелоки, Лядное...

Жуков, Соколовский, Хохлов. Исх. №3416 23.3.1942 г."

Легко мнить себя стратегом, видя бой со стороны. Однако с расстояния времени и имея перед глазами некоторые документы и свидетельства очевидцев от генерала до солдата, то есть наблюдая события в их динамике и из штабов, и из окопов одновременно, кое о чем можно все-таки сказать с достаточной степенью вероятности. Приказ штаба Западного Фронта ни группа Ефремова, ни конники Белова, ни 43-я и 50-я армии, ни партизаны Жабо выполнить не могли в первую очередь из-за того, что дивизии были выбиты в предыдущих боях, а те, кто оставался в строю испытывали нехватку боеприпасов, вооружения, продовольствия. Другой причиной неудач были несогласованные действия всех участников проводимой операции.
Третьей и самой, быть может, существенной причиной, которая и решила судьбу западной группы Ефремова было то, что противник был силен и сам готовился к мощному наступлению на Москву. Стягивались новые и новые дивизии, танковые корпуса, артиллерия, авиация. Оборона немцев была глубокой, вязкой и для армий и частей Западного фронта, к сожалению, на тот момент непреодолимой.
Похоже на то, что, отдавая приказы, связанные со спасением положения в районе действия западной группы 33-й армии, в штабе Западного фронта сами не до конца верили в реальность их исполнения. В столе у Жукова лежал документ, подписанный им, но по какой-то причине не посланный Ефремову. Должно быть, в штабе фронта все же надеялись, что Командарм-33 вылетит из окружения на одном из самолетов, которые неоднократно посылались за ним, но всякий раз возвращались назад с тяжелоранеными бойцами, которых спешно эвакуировали из полевых госпиталей и медсан. батов окруженной группировки. Помните, буквально стон в донесении: "... имеем три тысячи раненых"? Так вот этот заранее заготовленный | кумент, видимо, должны были вручить Ефремову по выходе из окружения. Вот фрагмент из него; "...Как показало следствие, никто, кроме командующего 33-й армией, не виновен в том, что его коммуникации противник перехватил. Жуков".
Поздно, слишком поздно в штабе Западного фронта поверили в серьезность создавшейся под Вязьмой обстановки. Потому и запаздывали все, даже очень и очень правильные решения.

ДИРЕКТИВА КОМАНДУЮЩЕГО ЗАПАДНЫМ ФРОНТОМ ЖУКОВА ВОЙСКАМ 48-й и 49-й АРМИЙ от 31 марта 1942 года

"I. Ввиду полной безрезультативности атак в центре армий атаку прекратить, 2, 217, 238 сд и 34 сбр перегруппировать на участок Павлово, Русиново и силами трех стрелковых дивизий, одной стрелковой бригады уничтожить противника в районе Русиново, Павлово, Стененки, после чего этой ударной группой развивать наступление в направлении Слободка, Добрая, взаимодействуя с 43-й армией, которая своей левофланговой ударной группировкой наносила удар в направлении Шумихина".

И этот приказ Жукова не был выполнен истощенными дивизиями соседних армий.

12 апреля, когда катастрофа становится уже более чем очевидной, командующий Западным фронтом отдает последний невыполнимый приказ.

"1. Ввиду невыполнения 43-й и 49-й армиями поставленных задач по очищению от противника тыловых путей 33-й армии и соединения с группой Ефремова, в связи с отходом 113 и 338 сд группы Ефремова из района Тякино, Стуколово, Вяловка на восточный берег р. Угра создается угроза изолированного поражения группы Ефремова.

2. В целях недопущения разгрома группы Ефремова Приказываю:
а/ командарму 48 т. Голубеву - в течение 12-го и в ночь на 13 апреля выйти главными силами армии на рубеж Мал. Виселево, Жары и, закрепившись на этом рубеже, втечение 14 апреля захватить Бол. Виселево, Нов. Михайловка;
б/ командарму 49 т. Захаркину - в течение 12-го и в ночь на 13 апреля захватить высоту 180,5, Стененки и, закрепившись на этом рубеже, 14 апреля захватить Мосеенки, Дегтянка, Тибейково;
в/ командарму 33-й армии т. Ефремову - в ночь с 12-го на 13 апреля скрытно прорваться через завесу противника и нанести удар в направлении Родня, Мал. Бус-лавка, Нов. Михайловка, Мосеенки, где и соединиться с частями 43-й и 49-й армий".

Рассеянные дивизии западной группы генерал-лейтенанта Ефремова отрядами, ротами, одиночками проламывались через пулеметные заслоны, отбивая танковые атаки, - к Ново-Михайловке, к Мосеенкам, к Дегтянке, к Большому Виселеву и Слободке! Как они стремились сюда! Но из этих сел и деревень их обстреливали из крупнокалиберных пулеметов и минометов немецкие гарнизоны. Отсюда выходили цепи немецких автоматчиков окружали ефремовцев, истребляли, раненых добивали или брали в плен